Как сериал Гримм и другие фильмы обыгрывали сказки
Любопытно, что пока Энди Эдвардс мучился с дешёвыми декорациями и сценарием, который не знает, кем ему быть, другой проект уже почти десять лет назад показал, как можно работать с наследием братьев Гримм. И без всей этой бюджетной тоски.
Речь о сериале «Гримм», который стартовал на NBC в 2011 году и продержался шесть сезонов — ровно до 2017-го. За это время набралось 123 серии. И это при том, что сериал начинался как скромный полицейский процедурал с налётом мистики. Главный герой — детектив из Портленда Ник Буркхардт — узнаёт, что он потомок тех самых братьев Гримм. Только сказки они писали не с потолка, а по мотивам реальной охоты на монстров. Теперь Нику приходится продолжать семейное дело: выслеживать существ, которых называют «недолюди» (Wesen), и разбираться, кто из них опасен, а кто просто пытается жить своей звериной жизнью.
Чем сериал отличался от других адаптаций
В отличие от фильма Эдвардса, который никак не мог выбрать тон и метался между чёрной комедией и дешёвыми страшилками, «Гримм» сразу знал, кто он. Ироничный, мрачноватый, но при этом не скатывающийся в самопародию.
В «Гримме» сказочные существа не появлялись из ниоткуда. У них была своя культура, иерархия, даже политика. У каждого недолюдя — свой облик, свои правила, своё место в мире. И далеко не все из них были злодеями. Сериал постоянно задавал вопросы: а что, если оборотень — просто парень, который пытается сохранить семью? А если ведьма — жертва обстоятельств, а не исчадие ада?
В этом смысле «Гримм» был куда ближе к оригинальным сказкам братьев Гримм, чем может показаться. Потому что в оригинале не было чёткого деления на добро и зло. Были истории, в которых выживали не самые добродетельные, а самые хитрые. И сериал эту амбивалентность сохранил, в отличие от фильма, где король — просто мудак, Румпельштильцхен — непонятно кто, а мораль вообще потерялась по дороге.
Монстр недели и большая арка
«Гримм» умело сочетал две структуры: с одной стороны, почти в каждой серии появлялся новый недолюдь, которого нужно было опознать и остановить (тот самый формат «монстра недели»). С другой — сквозная линия росла и усложнялась от сезона к сезону. Кто такие Гриммы на самом деле? Откуда взялись недолюди? Можно ли им верить, и кто за ними стоит?
И это работало. Потому что создатели — Дэвид Гринуолт и Джим Коуф, которые раньше писали для «Баффи» и «Ангела», — понимали: зрителю нужно давать ответы, но при этом подкидывать новые вопросы. Не просто тыкать носом в очередного монстра, а выстраивать мир постепенно.
У фильма Эдвардса такой роскоши не было. У него — 87 минут экранного времени, и он умудряется даже их растянуть. В «Гримме» за 123 серии успеваешь привязаться к персонажам, начать разбираться в классификации недолюдей и даже простить сценаристам пару провисающих сюжетных арок.
Что общего у сериала и фильма
Оба проекта берут за основу одно и то же наследие. Оба любят тёмные стороны сказок братьев Гримм. В «Гримме» тоже хватало жестокости — недолюди умирали, рвали друг друга на части, и операторская работа иногда была такой же мрачной, как в хоррорах 90-х.
Но разница в том, что там насилие имело смысл. Оно работало на историю, на раскрытие персонажей, на атмосферу. В фильме Эдвардса кровь и уродство — часто самоцель. Просто чтобы было. Потому что без этого «хоррор» продавать сложнее.
Кто победил в схватке с наследием Гримм
Сравнивать фильм за полтора часа и сериал на шесть сезонов, конечно, не совсем честно. У сериала было больше времени, больше бюджета, больше возможностей ошибаться и исправляться. «Гримм» получил на Rotten Tomatoes 89% от критиков и 90% от зрителей. У фильма Эдвардса рейтинг, мягко говоря, пониже.
Но дело не только в цифрах. «Гримм» запомнился. У него есть свои фанаты, свои конвенты, своё место в поп-культуре. Фильм «Румпельштильцхен» рискует остаться лишь курьёзом — из тех, что смотрят разве что ради смеха или из любви к дешёвому трэшу.
В конце концов, братья Гримм собирали сказки не для того, чтобы их превращали в нелепые поделки с дешёвыми декорациями. Они собирали их, чтобы люди запоминали истории. И у сериала «Гримм» с этим получилось лучше. Потому что он не просто взял имена и названия, а попытался осмыслить мир, который за ними стоит. Даже если иногда получалось криво. Что уже неплохо для полицейской драмы о монстрах.
