Что произойдет когда Портленд встретит Лоуренс?

Вы когда-нибудь ловили себя на мысли, что смотрите «Сверхъестественное» и думаете: «Слушайте, парни, ну съездите вы в Портленд, там, говорят, мужик в кожаном фартуке с монстрами вообще не парится — он их просто протоколирует»? Или наоборот, сидя за очередной серией «Гримма», хотелось крикнуть Нику:

«Бро, тут бы Сэм и Дин Винчестеры уже полгорода спалили к чертям собачьим, а ты всё с ними чай пьёшь!».

Лично я думал об этом часто. И чем больше углубляешься в лор обоих сериалов, тем яснее становится: встреча этих двух вселенных — это не просто крутой кроссовер. Это как если бы встретились участковый и рок-музыкант, которые ловят одних и тех же преступников, но один действует строго по уставу, а второй — с кувалдой наперевес.

Эстетическое несоответствие как главный двигатель сюжета

Давайте начистоту: эстетически эти двое — полные противоположности. «Гримм» — это такой уютный, вязаный-свитерный хоррор. Даже когда там режут головы, кажется, что Ник Буркхардт через пять минут заедет к тёте Розали в лавку, выпьет травяного чая и всё обсудит. В «Сверхъестественном» же атмосфера вечной дороги, замызганных мотелей и экзистенциальной тоски. Если Дин Винчестер заезжает в лавку специй, то только для того, чтобы найти украденный гримуар, и скорее всего, кого-то там же пристрелит из кольта.

Представьте себе этот момент. У Дина и Сэма закончились варианты. Они приезжают в Портленд по наводке охотника, который шепнул: «Там есть коп, он шороху наводит на нечисть, но странно как-то — не убивает, а арестовывает».
И тут они врываются в тот самый трейлер.

Дин: «Это что, участковый? Сэм, это, черт возьми, лесничий, что ли?»

На Ника, который в этот момент спокойно точит тот самый клинок: «Парни, если вы сейчас не уберете пушки с моего порога, я вас оформлю за хранение огнестрела без лицензии в черте города. У нас тут, знаете ли, цивилизация».

И вот тут начинается самое интересное. Потому что их методы работы — это отдельная песня.

Методология: «Уничтожить» против «Разобраться»

Винчестеры за 15 сезонов выработали железную тактику: нашел монстра — изучил слабость — отрубил голову (или воткнул кол) — поехал за бургерами. В их мире редко бывают «хорошие» монстры. Если они и встречаются, то это исключение, которое, как правило, всё равно заканчивается трагически. Они — могильщики для 90% сверхъестественного населения США.

Ник Буркхардт, будучи Гриммом, работает по-другому. Он — шериф в мире, где монстры имеют права, работают в пекарнях, женятся и платят налоги. Его задача — разобраться, кто нарушил закон (обычно это какой-нибудь особо борзый зверь), а остальных — защитить.

Вот тут и случился бы главный конфликт сезона (ну, условного кроссовера).
Допустим, Винчестеры выслеживают «нечто», которое разорвало троих туристов. Все улики ведут на оборотня. Дин уже точит серебряную пулю, Сэм ищет могилу. А Ник знает, что этот оборотень — местный бармен, который в полнолуние сидит на цепи в подвале и вообще-то в прошлом году помог поймать маньяка-гексенбиста.

И вот вам сцена, за которую я отдал бы всё:

Дин заходит в бар, кладет ноги на стол и начинает наезжать на этого оборотня. А тот говорит: «Я позвоню своему адвокату».
— Твоему кому?! — офигевает Дин.

В этот момент в дверях появляется Ник с жетоном и Хэнком. И начинается перепалка, где Винчестеры орут, что «если оно шевелится и пьет кровь, оно должно быть мертво», а Ник им в ответ цитирует местные уложения о правах везен-оборотней.

Спор о «Книге существ»

Отдельная тема — это «как бы они друг друга бесили» своими источниками информации.
Сэм Винчестер, который годами выискивал крупицы информации в пыльных библиотеках, увидев трейлер Ника, наверное, испытал бы оргазм и инфаркт одновременно. У Ника там оцифрованы тысячи видов, систематизированы слабости, есть досье на каждую семейку. Это мечта любого охотника.

Но!

Сэм бы очень быстро понял, что «Гриммы» — это та же самая семья охотников, только почему-то с королевскими замашками и снобизмом. А Дин просто бы взял клинок Ника, повертел его и сказал: «Красивая игрушка. А где у нее курок? Как им, бить их, что ли? Нет, парень, я люблю, когда враг после выстрела не встает».

И тут же возник бы философский спор. Винчестеры повидали Апокалипсис, Люцифера, Бога, Богa в обличии металюбителя и всю Небесную бюрократию. Для них сверхъестественное — это проклятие, груз, который они несут.
Для Ника и его команды — это просто другая сторона реальности, в которой можно построить карьеру, семью и даже завести друга-волка (Монро, кстати, при виде Impala, наверное, упал бы в обморок от восторга, а потом начал бы читать лекцию Динy о том, как тот неправильно ухаживает за карбюратором).

Кто бы кого переспорил?

Если честно, то в драке победила бы дружба (или сценаристы, которым нужен высокий рейтинг), но в споре — Винчестеры.
И не потому что они круче, а потому что у них за плечами Судный день. Когда Ник начнет рассказывать, что «нужно соблюдать баланс и давать шанс на реабилитацию», Дин просто посмотрит на него своими уставшими глазами ветерана, который воскресал раз 200, и скажет: «Слушай, лесник. Я убивал нацистов-зомби, своих лучших друзей, которых потом воскрешали ангелы-мудаки, и я закрывал врата ада. А ты мне рассказываешь про баланс, сидя в своем уютном домике с красоткой-лисицей. Не учи меня жить».

И Нику, по большому счету, было бы нечего на это ответить. Потому что масштабы у них действительно разные. «Гримм» — это локальная полицейская драма с фэнтези-элементами. «Сверхъестественное» — это эпопея, где герои несколько раз меняли судьбы мироздания.

Каким был бы финал?

Я думаю, они бы разошлись с уважением, но без особой симпатии. Винчестеры уехали бы на закат в своей Импале, забрав с собой пару редких артефактов из трейлера Ника (ну, типа «на память»), а Ник остался бы патрулировать свой Портленд, радуясь, что эти двое проехали стороной и не устроили локальный апокалипсис в его городе.

Но одну вещь они бы сделали вместе. Они бы сели за стол в доме у Розали и Монро, где Монро бы приготовил свои знаменитые колбаски, а Дин, впервые за долгое время, попробовал бы домашнюю еду, где никто не пытается его отравить или продать ему душу. Они бы чокнулись пивом за то, что мир держится на таких упрямцах: на тех, кто верит в искупление, и на тех, кто верит в расплату.

И может быть, уезжая, Сэм сказал бы:

«Дин, а может, нам тоже завести лавку специй?»

А Дин ответил бы: «Сэмми, мы — люди дороги. А эти ребята… они слишком нормальные для нашего мира».

Вот такая встреча. Без глобального апокалипсиса (потому что оба сериала уже устали от них), но с долей здорового фанатского счастья. Скучаю по обеим вселенным. Эх, были времена.